понедельник, 15 декабря 2008 г.

баск и большой неизведанный мир

Ну-с, пора отуреченному баску поделиться парой бесполезных мыслей о купании в чужой повседневности. Игру в Маклая оставляю на завтра, для разминки - немножко бытовухи.

Еще только пересекая границу, прочуял всю условность денег: садишься в самолет, выходишь через пару часов, солнце то же, ветер тот же, а твои рублики больше ничего не стоят. Бумажки. Ради одного этого маленького прозрения стоит хотя бы раз в год пересекать границу. Почти пожалел америкашек: им, быть может, никогда уже не ощутить эту сладкую нереальность купюр. Может, и евру придумали лишь для того, чтобы лишить людей последней возможности очнуться, высвободиться. Увидеть обратную сторону стольника, так сказать. Увидеть, что стольник-то немножко муляж, а не первичная материя.

В кругу турецких землян, которые и по-аглицки едва-едва, проникся ощущеньем условности языка, родной речи. Дома как-то не замечал, насколько речь - таки социальное явление: убери другого человека, понимающего произносимые тобой слова, и язык теряет смысл, плоть, вкус. Речь обращается в бессвязный набор звуков, будто рассыпавшиеся бусы, - уже не украшение с сюжетом, какими-то отголосками, мягким юмором, но лишь ворох бусин, мелкий мусор.
Опять же, говоря на чужом языке, легко вплетаешь в турецкую фразу созвучные аглицкие слова; изредка спохватываешься, что два эти языка равноценны - одинаково чужды - только тебе, и лишь для тебя такой наколеночный эсперанто гармоничен и естественнен; остальным же, скорее всего, изрядно режет слух.

Впервые за очень долгое время провел целых 4 дня в обществе других людей. Понял, что стоицизм - не нелюбовь к людям, но скука. Кажется, баск лучше умеет занять себя, чем это получается у землян, оттого и не нуждается в частом общении, и даже слегка утомляется общаясь: башка успевает проголодаться.

С октября не видел солнца, а теперь оно - каждый день и подолгу. Удивительно. В паре метров от балкона начинается гора, как-то очень мягко и деликатно, с зуленой травой даже. Редкие мелкие деревца неспешно карабкаются вверх. Уличные турецкие коты гуляют по своим делам. Неба - завались. Эзан, срываясь с минаретов, катится меж гор, отзывается в дальних кварталах, возвращается. Наслаждаюсь.

Комментариев нет: